Цифровая трансформация ЕАЭС

_ Юрий Кофнер, заведующий Евразийским сектором ЦКЕМИ НИУ ВШЭ; аналитик Центра ОЭСР-ВШЭ. Москва, июнь 2018 г.*

Цифровые проекты, которые могут быть реализованы в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), точки соприкосновения региональных и глобальных цифровых повесток, а также роль бизнеса в развитии цифровой экономики стали одной новых и ключевых тем в рамках Петербургского международного экономического форума – 2018.

Согласно подсчетам Всемирного банка, реализация совместной цифровой повестки до 2025 года принесет дополнительный прирост совокупного ВВП Евразийского экономического союза (ЕАЭС) до 1% в год, а также 8 миллионов рабочих мест и экономию на издержках для бизнеса 50 миллиардов долларов. Эти и другие мультипликативные эффекты – результат консолидации усилий стран ЕАЭС в рамках совместных цифровых проектов, а также согласования мероприятий и подходов государственных политик развития цифровой экономики. Стратегический ориентир – создание на едином экономическом пространстве «собственного центра силы» – центра притяжения инноваций, инвестиций, высококвалифицированных кадров и производства конкурентоспособной на мировых рынках продукции. Каков залог воплощения этого сценария в жизнь? Один из предполагаемых ответов – формирование собственных конкурентоспособных евразийских цифровых активов, прежде всего цифровых платформ, а также равноправных цифровых партнерств. Наличие таких активов создаст предпосылки для взаимовыгодного сотрудничества с региональными и глобальными игроками, позволит наращивать компетенции, сохранять и притягивать потребителей на цифровом пространстве ЕАЭС.

Цифровая повестка ЕАЭС – это результат масштабной совместной работы Комиссии с бизнесом, центрами компетенций, представителями государственных органов стран-участниц, а также с международными экспертами.

От первых стратегических посылов на совместном пути к цифровизации, обозначенных в Заявлении о цифровой повестке в конце 2016 года, ЕЭК вплотную подошел к запуску интеграционных проектов в области цифровой трансформации экономики. Сегодня Комиссия прорабатывает более десяти инициатив, поступивших от бизнеса и органов власти государств-членов.

Совместная цифровая повестка ЕАЭС появилась благодаря четкому осознанию общих вызовов для стран Союза и содержит очень большой потенциал экономического роста.

ЕЭК и Всемирный банк провели большую аналитическую работу. По подсчетам банка, реализация цифровой повестки Союза до 2025 года обеспечит 8 млн рабочих мест, а также позволит бизнесу сэкономить до 50 млрд долл. США.

Благодаря совместной цифровой повестке у Союза есть уникальная возможность – на пятерых в безопасной среде апробировать инновации, вырабатывать консолидированную позицию, отстаивать ее на глобальном уровне, входить в межрегиональные проекты и, что особенно важно, создавать у себя в ЕАЭС платформу для роста нашего бизнеса, для честной конкуренции и накопления собственных евразийских цифровых активов.

Исследования Всемирного банка показали, что дивиденды от реализации странами ЕАЭС цифровой повестки на региональном уровне будут гораздо больше по сравнению с ситуацией, если бы цифровую трансформацию государства Союза проводили только на национальном уровне.

Целый ряд исследований показывает, что примерно 15,5% глобального ВВП в 2016 году было тем или иным образом связано с цифровой экономикой. Эта доля будет постоянно увеличиваться, в ближайшие несколько лет она достигнет уже 25%. Поэтому тема – чрезвычайно актуальна.

Одним из главных вызовов для экономик стран ЕАЭС и для Союза в целом является необходимость повышения производительности труда. Эту задачу можно решить с помощью цифровизации отраслей экономик государств-членов.

Например, Казахстан в сфере цифровой трансформации экономики достиг первые результаты. Так, в 2010 году, согласно рейтингу ВЭФ, по индексу сетевой готовности Казахстан занимал 72-е место, но уже в 2017 году вышел на 39-е место.

Использование конкурентных преимуществ государств-членов для построения взаимовыгодных производственных процессов и цепочек добавленной стоимости может привести к ускоренному росту экономик евразийских стран.

В ЕАЭС необходимо найти баланс между доверием и неприкосновенностью частных данных. Необходимо быстрее принимать решение о формировании цифровой экосистемы, а также создавать собственную региональную платформу для получения эффекта масштаба и сохранения независимости от глобальных платформ. В этом случае управлять атмосферой доверия можно будет более надежно. Очень важно заключать партнерские связи. Именно сотрудничество позволит развивать цифровую повестку дня быстрее.

В майском указе Президента РФ Владимира Путина особо подчеркнута необходимость развивать цифровую интеграцию на пространстве ЕАЭС: поставлена задача выработать национальный механизм формирования цифровой повестки ЕАЭС и внедрить национальный механизм реализации согласованной политики государств-членов.

Цифровая повестка ЕАЭС является сквозной. Невозможна интеграция ни в одном отраслевом направлении, если под ней не будет основательного цифрового базиса. Бесшовное перемещение товаров, финансов, работ, услуг в современном мире невозможно без этой цифровой подложки.

При этом конкурентоспособность интеграционного объединения определяется, в первую очередь, способностью обеспечить возможность перетока и интеграции данных, эффективно реагировать на технологические изменения, обеспечивая высокую степень конвергентности и интеграции данных. И если сейчас не заложить правильную политику данных, правильное гармонизированное законодательство, то потом многое можно поправить, но бесшовного механизма не получится.

Формирование трансграничного пространства доверия, юридически значимого межгосударственного электронного документооборота с использованием полноценной цифровой идентификации является большой и сложной задачей, которую необходимо выполнить.

Мир движется в направлении облачных технологий и создания бизнес-сетей. Появляются крупнейшие сети поставщиков, которые связаны с перемещением туристов, кадрами. Для эффективности и для экономики важен масштаб. Бизнес-сети как раз способны создавать нужный масштаб. Поэтому приходится идти по тонкой грани – между эффективностью и пониманием того, что в любом обществе и Союзе существуют границы. Очень важно эту тонкую грань найти.

На последнем заседании Высшего Евразийского экономического совета Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев выступил с инициативой переезда Цифрового проектного офиса в Астану. Это шанс институализировать работу данного офиса и иметь инструмент для продвижения общей повестки. ЕЭК сейчас прорабатывает данную инициативу.

Россия обладает исключительно емким внутренним рынком с высоким потенциалом роста. При этом данные возможности возникают не только в развитии внутреннего рынка, но и в развитии возможностей трансграничной торговли, высоком транзитном потенциале и росте экспорта в другие страны мира. Рост электронной коммерции в России (за исключением Москвы и Санкт-Петербурга) сдерживается из-за недостаточной развитости логистической и информационной инфраструктуры, специфики потребительского поведения, а также высоких барьеров входа на рынок. При этом существующая рыночная конъюнктура, емкость рынка, а также отложенный потребительский спрос сформировали глобальный потенциал роста электронной коммерции в России (по экспертным оценкам, до 7 триллионов рублей). Транзитный потенциал находится на самой начальной стадии. При этом везде в мире реализуется модель консигнационных складов, развития инфраструктуры для свободной торговли, которая, в свою очередь, является потенциалом для развития внутренних и международных цифровых услуг и сервисов.

Телеком-отрасль, которая долгое время оставалась одним из самых прибыльных секторов российской экономики, стагнирует. При доле мобильной экономики в ВВП России на уровне 3,8% (по оценке РАЭК) участники рынка ищут новые источники роста. Перспективным направлением сегодня многие считают создание виртуальных операторов связи (MVNO). Они радикально меняют формат отношений между клиентами и компаниями из самых разных областей экономики. Доступ потребителя к спектру услуг обеспечивает смартфон, работу которого поддерживает традиционный оператор. Через запуск MVNO игроки рынков напрямую предлагают клиенту уникальные сервисы на базе телекома и устраняют посредника-оператора. Это дает повод скептикам утверждать, что бум MVNO приведет к дисбалансу сил на рынке, убыткам классических сотовых операторов и негативному влиянию на экономику России. Оппоненты ссылаются на опыт европейских стран: занимая до 40% рынка, виртуальные операторы способствуют развитию конкуренции и улучшению сервиса в различных областях цифровой экономики. В России, где доля MVNO составляет всего 2,6%, массовые запуски виртуальных операторов могут трансформировать не только телеком, но и другие сферы: банковскую отрасль, промышленность, госсектор, транспорт, ретейл и другие. Клиент получит конвергентные услуги, экономика – ресурсы для оздоровления и новый вектор развития.

Другие выводы

  • Цифровой трансформацией «болеет» весь мир: с ней напрямую связаны 20% ВВП мировой экономики. И недооценивать этот фактор недопустимо, поскольку это способ повысить эффективность и конкурентоспособность бизнеса. Автоматизация процессов за счет роботизации растет на 60% в год.
  • Глобальная цифровизация нашей жизни и внедрение искусственного интеллекта создают новую экосистему. Интернет вещей уже требует сетей 5G.
  • Встают вопросы комплексной безопасности, доверия и технологического суверенитета не только отдельных компаний, но и целых стран, поскольку ни одна из них не может разрабатывать все технологии. Цифровая трансформация невозможна в условиях изоляции, так как это глобальный процесс, предполагающий использование открытого кода и облаков нового поколения, что в конечном счете повысит «санкционную устойчивость» российских IT-компаний. В этой связи подходит поговорка: «Если хочешь бежать быстро – беги один. Если хочешь идти далеко – надо идти в команде».
  • В сегодняшней политике Российской Федерации существуют два ведущих проекта, которые ориентированы на качественный рост технологической продвинутости Российской Федерации. Первый проект — это «Цифровая экономика». Второй проект, который как раз направлен на поиск команд и проектов в новых технологических сферах, — это проект «Национальная технологическая инициатива».
  • Visa создала «Visa Developer Platform» и набор APIs, которые сейчас активно используются и во всем мире, и в России. И по части из этих новых сервисов Россия лидирует сейчас в мире.
  • Россия представляет собой самое большое онлайн-население в Европе: почти 80 млн пользователей интернета и 40 млн пользователей смартфонов.
  • Скорость изменения цифрового мира диктует новые условия конкуренции. Пользователи привыкли получать все услуги через один канал – свой смартфон. Раньше компаниям было достаточно специализироваться на одном продукте. Сейчас они должны предвосхищать и удовлетворять новые потребности клиентов, трансформируясь в экосистемы, где в одном месте собраны все необходимые клиентам услуги. Компании, которые начинали в других сферах (Amazon, Apple, Google, Alibaba), постепенно идут в финансовую отрасль. Компании, которые специализировались только на финансовых услугах, начинают осваивать экосистемный подход и оказывать все больше сопутствующих услуг. Такая практика получает все большее распространение и в ЕАЭС.
  • Технологическое лидерство связано с уровнем развития математики. Каждая страна, которая хотела бы играть какую-то роль на международной арене, должна развивать математику. Мы это видим в России самым наглядным образом. Математики всегда находятся под особым покровительством власти. Очень важно, чтобы хоть кто-то из политиков понимал математику, потому что и наука, и образование очень сильно опираются на математику. Очень много есть разных областей, где политикам нужно прислушиваться к точным наукам.
  • Знание математики даёт конкурентное преимущество на рынке труда. Математика очень сильно трансформируется с точки зрения того, как общество к ней относится. Математическое образование — оно наиболее adaptive, если человек меняет работу.

Вызовы

  • Управление изменениями – сложнейший процесс, поэтому цифровая трансформация требует новых подходов и прежде всего инвестиций в профессиональную подготовку и постоянное обучение персонала. Мир меняется очень быстро, и тот, кто не успевает за мировыми тенденциями, не имеет перспектив развития. В ближайшее время нецифровых бизнесов в мире не останется. Время требует максимального перехода на цифровой аутсорсинг. И западные компании уже эффективно используют множество инструментов, которые в ЕАЭС пока недооценены.
  • По оценке Павла Ершова, операционного директора ООО «Майкрософт Рус», цифровая культура в России находится на уровне 17,5% (доля сотрудников компаний, которые активно используют цифровые технологии в своей работе. Необходимы цифровые стандарты, в том числе и открытые, использование мировых наработок и создание новых продуктов вместе с партнерами. В этой связи повышается актуальность разработки и внедрения антивирусных продуктов нового типа.
  • Государственный аппарат России на всех уровнях сегодня не мотивирован и не адаптирован к решению задач цифровой экономики, а российское законодательство в этой сфере колоссально отстает от мировых трендов. «Закон Яровой» обойдется отрасли примерно в 4,5 трлн рублей.
  • Высокотехнологичный экспорт из России растет недостаточно высокими темпами. Сейчас высокотехнологичный экспорт из России составляет примерно 6 млрд 600 млн долларов. Это в два раза меньше, чем высокотехнологический экспорт Польши или Индии, или Венгрии. Это примерно в 4 раза меньше, чем у Филиппин, в 9 раз меньше, чем у Малайзии.
  • В разнообразных рейтингах по уровню развития цифровизации Россия существенно уступает лидерам. В рейтинге индекса сетевой готовности (индекс Всемирного экономического форума, которой рассчитывается на основе ряда показателей — от государственных закупок до влияния цифровизации на общество) Россия занимает 41 место из 139.
  • Зависимость российского бизнеса от импортного оборудования. Технологии, к сожалению, в ЕАЭС поступают, в части спутникового оборудования, как и раньше, в большинстве своем из-за рубежа. С точки зрения полезной нагрузки, большинство оборудования как в прошлое время, так и сейчас приходило из-за рубежа. Но их доля постепенно падает.
  • Усиление цифрового неравенства. По данным экспертов всемирного экономического форума и McKinsey, лишь 29% промышленных компаний, опрошенных при подготовке профильного доклада, начали внедрять в производство «интернет вещей». 41% компаний пока проводят только пилотные испытания, 30% даже не начали тестировать соответствующие технологии.
  • Основанная на математике экономика ведёт к серьёзным изменениям на рынке труда. В ближайшие 10–15 лет 40% людей потеряют работу. Речь идет в том числе об инженерном составе, об инженерах среднего уровня, потому что большая часть работы современного инженера сводится к тому, чтобы искать аналоги проектов в интернете.

Рекомендации

  • Если цифровая трансформация является одной из ключевых тем повестки экономического рывка Евразийского союза, то и внимание государств-членов к ней должно быть на максимуме. В этой связи, парадигма взаимодействия государств с IT-бизнесом должна из «запретительно-заградительной» стать стимулирующей.
  • Для создания новых продуктов и внедрения сквозных технологий необходима новая стратегия по взаимодействию с предприятиями реального сектора. В рамках этой стратегии надо формировать центры компетенций. Специалисты IT-отрасли должны в обязательном порядке привлекаться к выработке государственных и наднациональных решений в этой сфере.
  • Привлечение международного бизнеса в евразийскую юрисдикцию. Часть компаний, часть команд, часть лидеров будут уходить в те юрисдикции, в которых им комфортно развивать свой проект и свой продукт. ЕАЭС должен стать привлекательным для тех компаний и команд, которые бы могли развивать свой продукт в Союзе. В том числе и нормативное регулирование должно этому способствовать.
  • Быстро устаревающие стандарты образования. Не стоит пытаться создавать новые стандарты образования. Для того чтобы стандартизировать образовательную компоненту, нужно в среднем четыре года. Четыре года, например, в сфере IT — это самоубийственный срок. Как патенты на интеллектуальную собственность, так и стандарты в образовании не эффективны в новой, быстро меняющейся парадигме.
  • Надо создать систему, которая позволит избегать риска лишиться работы вследствие автоматизации. Ключ к решению такого рода вызова — это образование.
  • Необходимо повышение уровня математической культуры в обществе. Математическая культура важна для общества в целом. Если говорить об экономике данных, сейчас говорят «большие данные», «искусственный интеллект», развитие этих областей невозможно без прорывов и новых подходов в математике. Нам нужна математическая культура, и ее уровень должен повышаться. Чем выше уровень математической культуры, тем больше шансов, что мы в этой конкуренции в XXI веке победим.
  • Необходимо изменение подходов к преподаванию математики. Правильно в школе начинать с того, чтобы не цифры писать, но показывать, насколько красива, насколько важна математика. Важно показывать сейчас в современном мире, что в математике многие вещи связаны с алгоритмом. Те люди будут успешны, кто совмещает хорошие математические знания и хорошие коммуникативные навыки.

* Впервые опубликовано в: Евразийская Панорама. Спецвыпуск. Июнь 2018. М.: НИУ ВШЭ. №3. Июнь 2018. — 44 с.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *