Мягкая сила наследия российской интеграции народов и культур на евразийском пространстве на примере Казахстана

_ Олег Глибенко, Михаил Малышев, Елена Фатеева. Астана, 2017 г.

Некоторые особенности системы координат анализа «мягкой силы» наследия российской интеграции.

Говоря о позитивном влиянии наследия российской интеграции на современные интеграционные процессы, необходимо определиться с пониманием того, что имеется в виду, когда мы употребляем термин «российская интеграция». В современном контексте смысл этого словосочетания стал объектом бесконечных манипуляций политиков, общественных деятелей и СМИ, стремящихся отождествить «интеграцию» с «экспансией», а «российское» – с «тоталитарным». Однако, это, очевидно, подмена понятий, которая легко выявляется, если более внимательно обратиться к истории и глубинным смыслам интеграции народов на евразийском пространстве.

Само по себе понятие «интеграция» подразумевает объединение в единое целое разрозненных частей, имеющих некоторые сходные черты. В отношении современных международных интеграционных процессов чаще употребляется термин «экономическая интеграция». Следует отметить трактовку развития интеграционных процессов, данную Белой Балашша [1]. Он дал определения интеграции как процесса («меры, направленные на снятие дискриминации между экономическими субъектами, принадлежащими разным странам») и состояния («отсутствие различных форм дискриминации между национальными экономиками»).

Сейчас большинство ученых сходятся во мнении, что интеграция – это такое состояние цельной системы из нескольких частей (стран), при котором наблюдается унификация, выравнивание, обобщение тех или иных аспектов экономики в этих странах и/или экономического сотрудничества между ними, либо процесс по достижению такого состояния.

В целом, современные интеграционные процессы отражают общую тенденцию формирования межгосударственных и надгосударственных начал, взаимосвязанной и взаимозависимой мировой экономики, активизации трансграничной экономической деятельности, формирования региональных и мирохозяйственных систем.

Глобализация является высшим уровнем взаимопроникновения национальных экономик, но протекает она в мировой экономической архитектуре, в которой ограниченный круг стран-лидеров контролирует большую часть производства и потребления.

Регионализация возникает как способ обеспечения устойчивости региональных экономических объединений к мировым финансовым, валютным кризисам, вызванным глобализацией. При этом важно отметить, что регионализация может быть «открытой» (ориентир на расширение взаимодействия разных интеграционных объединений) и «закрытой» (ориентир на защиту региона от негативных воздействий глобализации).

Глобализация и регионализация как интеграционные процессы взаимно дополняют друг друга, т.к. взаимодействие начинает происходить между региональными центрами одного континента, между региональными центрами разных континентов и между региональными и мировыми центрами [2].

Принято выделять два возможных сценария включения страны (или группы стран) в глобальные процессы. Первый сценарий – инерционный – свойственен для стран с невысоким уровнем развития и способностью производить узкий круг конкурентоспособной на мировом уровне продукции. Такой сценарий приводит к высокому уровню уязвимости и негармоничности развития национальной экономики даже в случае экспортного успеха той или иной отрасли. Второй сценарий – активный – свойственен для стран с сильной экономикой и предполагает опору на внутренние ресурсы для выхода на всемерное взаимодействие с внешним миром. В случае второго сценария даже страны с сильной экономикой нуждаются в создании и организации окружающего экономического пространства.

В таком ключе феномен «российской интеграции» обретает глубокий смысл. И таким образом, интеграция является закономерным процессом, если имеется сильный центр, способный к реализации мегапроекта регионального (континентального, например) или мирового (однополярного, например).

Сделаем небольшой экскурс в историю научного, философского осмысления феномена становления России в качестве одного из центров силы, вокруг которого на протяжении многих столетий формировался пояс окружающего экономического пространства, и процесс этот был уникален настолько, насколько уникальна российская культура.

Уникальность российской культуры – в её многогранности и способности синтезировать из кажущихся несовместимых элементов необычайно жизнеспособные и пассионарные сущности. Способность эта сформировалась как необходимое условие выживания племен и народов, населяющих просторы Евразии, такие богатые природными ресурсами, но суровые и труднодоступные. Кроме того, в географическом, торгово-экономическом и военно-политическом аспектах Россия испокон веков развивалась в причудливом переплетении северных (варяги) и южных (греки), западных (рыцарские ордены) и восточных (Золотая Орда) культур.

Неоднозначности влияния тех или иных культур (а также собственно оригинальных, самобытных проявлений племен и народов, соединившихся в Русь) на историю страны обязано появление многочисленных теорий «откуда есть пошла земля русская». От понимания истоков русской истории строится понимание национальных интересов, понимание государственной безопасности и политики, которую проводила Россия в отношении стран, входящих в широкий радиус влияния развития центра мегапроекта «Евразия».

Евразийство России, как культурный, политический, военный феномен – объясняет суть «российской интеграции». Это не «экспансия», не «тоталитаризм». Это – необходимый масштаб реализации заложенного в центре Евразии потенциала пассионарности, который в синтезе с пассионарностью интегрирующихся народов способен сформировать уникальный мировой центр силы.

Поэтому «российская интеграция» – шире сугубо экономической интеграции. Культура, как совокупность материальных и духовных ценностей, способна вместить и промышленные, и торговые, и научно-образовательные проекты. Особенно это справедливо в отношении культур, сформированных столетиями человеческого опыта СО-жития, СО-развития.

«Российская интеграция» как проявление российской культуры включила всю полноту материального и духовного творчества и развития человека. Предлагаем исходить именно из такой системы координат. Казахстан в российской интеграции

В силу того, что наиболее актуален для современных российско-казахских отношений опыт XX века, а точнее – СССР, мы сосредоточимся на наследии именно этого периода. Одним из первоочередных стратегических ориентиров в истории СССР была индустриализация. Становление промышленности предполагало форсированное развитие науки и образования. По всему пространству СССР проводилась сначала политика массового ликбеза, а потом – подготовки высококвалифицированных инженеров, учёных, руководителей производства. И, конечно, это коснулось вошедших в СССР республик, среди которых Казахстан занял достойные позиции по объему трансфера науки и образования из центра политики индустриализации.

В начале 20 века большинство казахских детей имели возможность учиться только в аульных медресе, где обучение ограничивалось заучиванием аятов из Корана. Накануне 1916 на территории Казахстана было всего несколько русских и русско-казахских школ, в них обучалось 19370 казахских детей [3].

К 1932 году в республике насчитывалось свыше 10 научно-исследовательских институтов и опытных станций, сотни опорных пунктов, лабораторий и метеорологических станций, несколько геологоразведовательных организаций. Институт экономических исследований при Государственной комиссии по планированию, институты по перестройке сельского хозяйства, овцеводства, почвоведения, строительства являлись крупными научными учреждениями того времени.

В годы войны в республику были эвакуированы многие научные учреждения и высшие учебные заведения страны. Здесь трудились известные всему миру ученые — И.П. Бардин, Л.С. Берг, В.И. Вернадский, Н.Ф. Гамалея, И.И. Мещанинов, Н.Д. Зелинский, Л.И. Мандельштам, Н.В. Цицин, С.Г. Струмилин, А.М. Панкратова, А.Е. Фаворский, С.Е. Малов, В.Г. Фесенков, Г.А. Тихов, Б.А. Воронцов-Вельяминов и др.

Ученые внесли ряд предложений, имеющих важное оборонное и народнохозяйственное значение, внедрили их в производство, открыли месторождения черных металлов, молибдена, вольфрама, марганцевых руд и другие. В 1942 образованы Институт астрономии и физики, Химико-металлургический институт, в 1943 — Институты почвоведения, ботаники, зоологии и тропических болезней. В 1942—1945 годах созданы специализированные Институты химии, металлургии и горного обогащения, огнеупорных и строительных материалов, зоологии.
В послевоенный период Казахстан для СССР был не просто союзной республикой, одной из многих, он был одной из площадок (инфраструктура, ресурсы, географическое расположение, территория) «космической» и «ядерной» программ. Конечно, наряду с этими программами продолжалось дальнейшее развитие научной и образовательной инфраструктуры.

Итогом «российской интеграции» в период СССР стали вертикальные и горизонтальные научные, производственные связи, где русский язык являлся языком прогресса и инноваций, а лучшие вузы России – кузницами лучших кадров и «неявными паролями и явками» сильнейших интеллектуалов России и Казахстана. Важно, что этот ресурс до сих пор имеет потенциал «мягкой силы».
Точка бифуркации

Несмотря на то, что более 80% населения страны проголосовало за Советский Союз 27 декабря 1991 года многие и многие семьи проснулись в разных суверенных государствах с абсолютным непониманием, что дальше и мнимой, но так навязчиво предлагаемой всему миру «долгожданной свободой и истинной независимостью».
За 25 лет существования стран бывшего СССР, как отдельных государств, модель самообеспечения в рамках своих границ так и не смогла себя оправдать. Устойчивые экономические, промышленные и многие другие связи, налаженные еще при СССР, разрушить оказалось не так-то просто: одно дело поставить погранпосты и разрушить цепочки поставок, другое изменить ментальность населения, заставить бывших друзей ненавидеть, или хотя бы оборвать связь.

Одной из первых проблем, которая требовала безотлагательного решения был этнополитический раскол Казахстана на русскоязычный индустриальный север и казахский аграрный юг. В Восточно-Казахстанской, Карагандинской, Кустанайской, Акмолинской (Целиноградской) областях в 1989 году проживало 45-65% русских и от 17 до 28% казахов. Например, в Акмолинской области в этот период проживало более 1 миллиона человек, из них: 448 тысяч или 44,7% русских, 123,7 тысячи или 12,3% немцев, 94,4 тысячи или 9,4% украинцев, 28,7 тысячи или 2,8% белорусов. Численность казахского населения в области составляла 224,8 тысячи человек или 22,4% [4].

В регионе преимущественного проживания русскоязычного населения — в северных областях их доля составляла от 65 до 75 % — располагались основные промышленные предприятия, на которых почти три четверти занятых — русскоязычное население, интенсивно выезжающее за пределы страны на протяжении 1990-х годов.

Для достижения регионального этнодемографического баланса, стимулирования миграции из южных областей в индустриально развитые северные города, вовлечения казахского населения в промышленное и сельскохозяйственное производство центрального и северного Казахстана было принято решение о переносе столицы в декабре 1997 года из Алма-Аты в Акмолу, областной город в центре республики. Конечно, значимой, если ни главной, причиной переноса столицы было стремление подчеркнуть новые правила и акценты на новом этапе истории Казахстана в геополитическом плане.

К середине 1990-х годов г. Акмола являлся промышленным и транспортным, научно-образовательным и культурным центром областного значения, но инфраструктура города не соответствовала новому столичному статусу и требовала значительного развития. Официально Акмола была объявлена столицей Казахстана 10 декабря 1997 года. 6 мая 1998 года столицу переименовали в Астану. Перенос столицы – это уникальное явление в истории постсоветских государств и имеет свои специфические причины. Решение о переносе столицы было принято Верховным Советом РК 6 июля 1994 г. [5].

Официально объявленной причиной переноса стало заявление о том, что Алма-Ата географически находится на юге, а не в центре республики, что она исчерпала возможности своего дальнейшего развития и стала опасна в экологическом и сейсмическом плане. Объяснение было действительно обоснованным, поскольку южная столица действительно находится в сейсмогенной зоне, где могут происходить разрушительные землетрясения.

Таким образом, на примере собственной страны, публично дебютировал инструмент, являющийся в настоящее время одним из стратегически важных в арсенале Казахстана.
Новые ориентиры Казахстана

Сейчас отношения между уже Российской Федерацией и Республикой Казахстан рассматриваются с учётом контекста общего прошлого. Важно помнить об огромной роли лидера Казахстана Н.А. Назарбаева в «перезагрузке» интеграционного проекта бывших республик СССР. Но важно понимать и то, что истоки развала СССР были в большой степени внутренними, поэтому воссоздание лучших интеграционных проектов СССР было невозможным. Началось формирование новых подходов и форматов интеграции, которые могли бы учитывать новый геополитический контекст глобализации и, в то же время, необходимость создания регионального объединения, способствующего более высоким шансам на достойные позиции стран-участниц в мировой экономической системе.

Достаточно эффективно используя в интересах национального экономического развития оставшиеся от СССР стратегические ресурсы, такие как «мирный атом» и космодром Байконур, Казахстан успешно освоил и еще одно стратегическое направление деятельности – дипломатию. Центральная Азия является регионом столкновения интересов ключевых игроков на мировой арене и каждый, начиная от России, Китая и США, заканчивая Исламским миром, активно ведут свою деятельность на территории Республики Казахстан.

Н. Назарбаев не отбрасывает никаких вариантов сотрудничества. Помимо России, его правительство активно поддерживает связи и с Турцией, и с США, и с Ираном. Такая гибкость в плане формальной и неформальной дипломатии, открывает большие возможности. Из последних примеров можно привести личное посредничество Нурсултана Назарбаева в разрядке напряжённости между Россией и Турцией после инцидента со сбитым Су-24.

В этом контексте нельзя не сказать о напряжении в отношениях между Россией и Западом и факторе санкций. Фактор санкций и политической напряженности в западной части постсоветского пространства в долгосрочной перспективе может стать рисковым не только для реализации таких проектов как интеграция интеграций, но и для самого ЕАЭС, принимая во внимание тот факт, что Астана, проводя политику открытости и многовекторности активно развивает отношения с ЕС, а торговый оборот между Казахстаном и Европой хотя и упал, но на долю ЕС приходится более половины казахстанского внешнеторгового оборота и почти 50% привлеченного иностранного капитала в экономике Казахстана[6].

Важно понимать, что если интересы России в Казахстане понятны на подсознательном, интуитивном уровне – наследие советской интеграции, в новой форме выстраиваемое в контексте ЕАЭС (Евразийского экономического союза) – поддержка русскоязычного населения, совместная охрана южных границ с целью нивелирования угроз от наркотрафика и терроризма, а также интеграция экономик на основе уже существующих партнёрств. Интересы же других стран, и, в первую очередь, Китая здесь сугубо экономические. Для Китая Казахстан является наиболее стабильным и надежным транзитным выходом в Европу и Ближний Восток, не говоря уже о втором месте в мире по объему залежей стратегически важных урановых руд.

В настоящий момент основная группировка США в Центральной Азии сосредоточена на территории Афганистана. Анализ различных источников указывает на то, что в Афганистане на сегодняшний день численный состав вооруженных сил США составляет не менее 20 000 человек. При этом Афганистан является центром возможного развития давления на Ближний Восток, на Индию через Пакистан и на Россию, через Узбекистан и Казахстан. Влияние США отчетливо прослеживается как в деятельности фондов, таких как Фонд Сороса, Freedom House и др., так и в векторе переговоров, проводимых министром промышленности Казахстана с ведущими предприятиями США по созданию новой Кремниевой долины.

Исламским миром Казахстан рассматривается как потенциальная зона влияния. И, несмотря на то, что Казахстан официально является светским государством, с 1995 года страна состоит в Организации Исламской Конференции и регулярно приглашается на различные конференции других исламских стран. В начале декабря 2017-го президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом была созвана конференция лидеров исламского мира с целью осуждения заявления Трампа по статусу Иерусалима – чувствительного вопроса для мусульманских стран. Казахстан представлял Касым-Жомарт Токаев, председатель Сената Парламента Республики Казахстан. В сочетании со статистическими данными о высочайшем по сравнению с другими мировыми религиями росте числа последователей ислама, в том числе за счёт населения Казахстана, свидетельствует о том, что сценарий исламизации Казахстана и увеличения влияния стран-лидеров исламского мира (будь то Турция, Иран, или Саудовская Аравия) в регионе может стать вполне вероятным.

С другой стороны, нельзя не учесть, факт, что в Астане уже прошло пять съездов христиан, на которых рассматривались вопросы общей морали, и определялись первоочередные задачи по удержанию паствы в круге своих церквей. Постоянное нахождение представителей основных конфессий в Астане указывает на возможность формирования там центров влияния и других мировых религий помимо ислама, что обусловит возможности проведения Казахстаном более гибкой политической линии.

Своеобразие гибкой политической линии хорошо иллюстрирует то, что в СМИ пронеслась новость о решении главы государства перевести казахский язык на латиницу до конца 2017 года, а до конца 2018 разработать новые образовательные программы и к 2020 уже начать преподавательскую деятельность на латинице [7]. И хотя в окончательном указе от 26 октября 2017 года №569 год перевода указан уже 2025 [8], очевидны определенные геополитические ориентиры и резоны. В любом случае, главный вуз страны на данный момент именуется в традициях, далёких от российской культуры, – Nazarbayev University, а среди его стратегических партнёров львиную долю занимают образовательные и научные организации США [9].

Другой яркой иллюстрацией гибкой политической линии является фильм «Борат», являющийся по сути оскорбительным для всего казахского народа, приписывающего казахам такие национальные черты как антисемитизм, гомосексуализм и т.д. Данный фильм широко критиковался общественностью и экспертами, и во многом является источником ложных стереотипов о Казахстане в мире, однако, ярко выраженной официальной реакции на фильм не последовало [10]. Возможно, отсутствие официальной реакции – тонкий расчёт. Интерес, вызванный фильмом, по официальным данным казахского министерства культуры, увеличил количество запросов на визы в 10 раз. Магия «мягкой силы» заключается в использовании внешнего инфоповода для продвижения интересов страны через общественное мнение: — «люди слышат негатив, приезжают — и не видят его. Уезжают, уже с новым мнением о Казахстане, которое они транслируют на своё окружение в своих странах» [11].

Казахстан находится в эпицентре серьезного культурного противостояния, которое способно со скоростью в два поколения превратить народы, жившие бок о бок в течение долгих лет в непримиримых врагов.

Однако, шанс, что наследие российской интеграции сыграет роль «мягкой силы» всё же сохраняется – еще живо и активно работает поколение, обучавшееся высокотехнологичным отраслям знаний на русском языке, также продолжается и обучение казахских студентов в российских вузах.
Актуальные инструменты «мягкой силы» России

Ключ к успеху в сохранении Казахстана в качестве геополитического регионального партнёра, в том числе и в части науки, образования и производства, кроется в грамотном использовании именно «мягкой силы» – непрерывном воздействии на организационные процессы в целевой аудитории, без явного проявления своего влияния. Целевая аудитория такого воздействия не должна испытывать даже подозрений на то, что их кто-то подталкивает к определённым действиям [12].

В данной области, наибольшего успеха сегодня достигли частные маркетинговые компании. Используя методы ненавязчивого непрямого воздействия – «сарафанное радио», распуская слухи и создавая инфоповоды, они выигрывают борьбу за клиентов на высококонкурентных и новых для себя рынках. Официальные правительственные ведомства, равно как и неофициальные агенты влияния (think-tank, аналитические сети, публичные дипломаты и т.д.), тут находятся в роли догоняющих [13], поскольку широкий интерес к данным инструментам влияния со стороны официальных и дипведомств лиц возник относительно недавно.

Данная методика влияния разительно отличается и от классической пропаганды, и от политтехнологий, которые применяли в 90-е и 2000-е для искусственного подогревания нужных настроений в той или иной стране. Сложность восприятия официальными лицами данного элемента «мягкой силы» вполне объяснима — Е-дипломатия (цифровая дипломатия), для максимальной эффективности, в отличие от традиционного социального инжиниринга через соцсети, требует предварительного установления плотных контактов и работы, зачастую, в нейтральном ключе, для создания условий принятия целевой аудиторией самостоятельного, но нужного решения [14]. «Мягкая сила» этого подхода в том, что людям даётся информация, инфоповод, а дальше они действуют сами [15].

У России наиболее успешным примером подобного влияния является онлайн-телеканал RT [16], вещающий на английском, французском и еще ряде языков. Одна из немаловажных причин успеха – найм местных сотрудников и даже локального руководства на местах, а также профессиональный подход в выборе названия и расшифровки аббревиатуры позволили данному каналу стать самым просматриваемым новостным каналом мира на Youtube этой осенью, по данным Socialblade [17]. Также пример – более камерный, Russia Insider, основанный двумя британцами, живущими в Москве [18].

Выводы

Наследие «российской интеграции» преимущественно пронизывает сферу производства, науки и образования Казахстана. Однако современные ориентиры экономического взаимодействия Казахстана обусловили определённый крен в сторону США и Европы в части науки и образования. Привлекательность сотрудничества с Россией для Казахстана в современных реалиях может продолжать поддерживаться научным, производственным и образовательным компонентом, но без привлечения новейших технологий информационной работы, деятельности СМИ, позиционирование положительных моментов сотрудничества России и Казахстана не возможна. Есть мнение, что такого рода медийная стратегия освещения процесса евразийской интеграции могла бы демонстрировать гражданам и бизнесу все успехи, сложности, преимущества проекта, а это, в свою очередь, повлекло бы повышение мотивированности интеграции в ЕАЭС как в проект национального развития.

Источники:

1. Мансуров Т.А. Методологические и институциональные основы интеграции стран ЕАЭС. Режим доступа: http://www.dissercat.com/content/metodologicheskie-i-institutsionalnye-osnovy-integratsii-stran-evrazes
2. Акопова Е.С., Ефременко И.Н. Влияние глобализации мировой экономики на механизм экономической интеграции // Экономика и управление, № 12 (85), 2011. С. – 291.
3. Наука и образование в Казахстане. Режим доступа: https://kazakhstan.orexca.com/rus/kazakhstan_science_education.shtml
4. Доля отдельных этносов на территории Республики Казахстан/ /Архив//Министерство Национальной Экономики РК/Комитет по статистике/ http://stat.gov.kz/
5. Постановление Верховного Совета Республики Казахстан/ от 6 июля 1994 г./ № 106-XIII «О переносе столицы Республики Казахстан»
6. Гущин А.В. Казахстан и Россия – проблемы и перспективы интеграции. Новое знание. 25.05.2016. http://newknowledge.ru/articles/kazahstan-i-rossiya-problemy-i-perspektivy-integracii/
7. Changing Minds — Winning Peace/ Report of the Advisory Group on Public Diplomacy for the Arab and Muslim World/ Edward P. Djerejian/Октябрь 2013/с.40
8. Указ Президента Республики Казахстан от 26 октября 2017 года № 569 «О переводе алфавита казахского языка с кириллицы на латинскую графику»
9. Официальный сайт Nazarbayev University. Режим доступа: https://nu.edu.kz/ru/o-nas/mezhdunarodnoe-sotrudnichestvo/strategicheskie-partnery
10. Лебедева М.М. «Мягкая сила» в отношении Центральной Азии: участники и их действия // Международные отношения. — №2 (35), 2014.
11. Ержан Казыханов — на тот момент Министр Иностранных Дел РК. Выступление во время правительственного часа в Мажлисе РК/2012г. 22.04.
Режим доступа: http://www.parlam.kz/ru/mazhilis/government-hour
12. Глобальная безопасность в цифровую эпоху: стратагемы для России. Под общ. ред. Смирнова А.И. – М. : ВНИИгеосистем, 2014. – 132 с. :
13. Э. Розен. Анатомия Сарафанного Маркетинга. Манн Иванов и Фарбер. Москва.2015.с.98
14. Kdiplo/ What is Digital Diplomacy? Режим доступа: https://www.diplomacy.edu/e-diplomacy.
15. Kishan S. Rana / 2011, Continuum/ 21th century Diplomacy — A practitioner’s guide /Paperback, 392 pages ISBN: 978-1441168382
16. Russia Today — Ruptly /Youtube-канал/ [электронный ресурс] https://www.youtube.com/channel/UCpwvZwUam-URkxB7g4USKpg
17. Стат. отчет https://socialblade.com/youtube/user/russiatoday
18. Russian Insider /Youtube-канал/ [электронный ресурс] https://www.youtube.com/user/RussiaInsiderTV

Источник: http://www.eurasian-sp.ru/

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *